Будасси. Канал Москва-Волга.

1488
Москваволгострой. Слева направо: Г.Д. Афанасьев, неизвестный, С.Я. Жук (главный инженер строительства канала Москва-Волга), А.В. Будасси, неизвестный. Из архива потомков Афанасьева.
Москваволгострой. Слева направо: Г.Д. Афанасьев, неизвестный, С.Я. Жук (главный инженер строительства канала Москва-Волга), А.В. Будасси, неизвестный. Из архива потомков Афанасьева.

Вашему вниманию предоставляется глава из моей книги об инженере Александре Владимировиче Будасси.

Будасси не оставил после себя никаких воспоминаний и дневников, его жизненный путь приходилось восстанавливать по мельчайшим крупицам информации. Он не был руководителем больших строек, он был всегда во втором эшелоне строительства. Таких часто называют «тягловой лошадью», которая выполняет гигантские объёмы работ, а награды и поощрения чаще достаются другим.

Александр Владимирович Будасси крайний справа. Из архива потомков Будасси..
А.В.Будасси крайний справа.
Из архива потомков Будасси.

А.В.Будасси родился в Санкт Петербурге в 1878 году и получил образование инженера-путейца, окончив Санкт-Петербургский Институт Инженеров Путей Сообщения Императора Александра I в 1903 году. Участвовал во множестве строек как в дореволюционной, так и в Советской России. На его счету железные дороги, мосты, оросительные и судоходные каналы, морские сооружения, промышленное и гражданское строительство. В начале 1930-х годов был осуждён по «делу мелиораторов» и попал на строительство Беломоро-Балтийского канала. Разглядев в Будасси прекрасного инженера, один из руководителей строительства Беломорканала, кадровый офицер НКВД Григорий Давыдович Афанасьев взял его под «своё крыло». Афанасьев занимался «организационными» вопросами, Будасси – непосредственным воплощением чертежей в жизнь. Этот дуэт сложился на многие годы и многие стройки, до самой смерти Будасси в 1940 году.

Представленная глава рассказывает об участии Будасси в самом грандиозном строительстве его жизни — строительстве канала Москва-Волга.

Канал Москва-Волга

По окончании Беломорстроя Г.Д. Афанасьев был назначен на строительство канала Москва-Волга. Благодаря этому обстоятельству «спор между ведомствами» за Будасси выиграл НКВД и приказом по Строительству канала Москва-Волга №133 от 30 августа 1933 г. вольнонаемный Будасси Александр Владимирович был зачислен на должность начальника ПТЧ [производственно-технической части] VIII отделения [Дмитлага] с окладом 700 руб. в месяц с 19 августа 1933 г.[1] Таким образом, он стал начальником исполнения всех работ на Хлебниковском участке строительства канала Москва-Волга, который одновременно являлся VIII отделением гигантского Дмитровского исправительно-трудового лагеря НКВД, сокращенно Дмитлага.

Хлебниковский район строительства включал в себя две выемки – на Новосельцевском бугре и гигантскую Глубокую выемку, прорезавшую водораздел между реками Клязьма и Химка. Задача по организации производственных работ по строительству громадного котлована Глубокой выемки длиной свыше 6 километров, глубиной до 23,5 метров и шириной по нижней части 85 метров, а верхней до 140 метров была неимоверно сложна. Мало кто мог с подобным справиться. Именно этот участок, один из самых сложных и объемных по производству земляных работ на всем строительстве канала, наилучшим образом подходил опытнейшему «кубатурщику» Будасси.

Помимо выемок требовалось построить и множество сооружений. На участке располагались трое заградительных ворот: «новосельцевские», «долгопрудненские» и «левобережные» – весьма сложные и трудоемкие сооружения, а также пять мостов:

– Дмитровского шоссе через Клязьминское водохранилище;

– Савёловской железной дороги через реку Клязьму;

– Савёловской железной дороги через канал в районе станции Хлебниково;

– Октябрьской железной дороги в районе станции Химки;

– Ленинградского шоссе через Химкинское водохранилище.

Обстоятельный Будасси перевез в Химки для жены и двух детей-близнецов дом, построенный еще в Повенце, на строительстве Беломоро-Балтийского канала. Екатерина Андреевна, внучка Александра Владимировича, подробно рассказала об этом доме:

«Дом установили в Центральном поселке, посреди других дач, на сегодняшнем Ленинском проспекте, примерно позади памятника В. Чкалову. Это был дом-пятистенка из лиственницы: большой, крепкий, у него было три крыльца и он был окружен верандой. Первый этаж был высокий, цементный, хотя и нежилой. Жилым был второй, деревянный этаж, с высокими потолками, состоявший из 5 комнат, одна из которых служила рабочим кабинетом деду. Даже по современным меркам дом представлял собой солидное строение. На участке находился отдельный домик для шофера, ко двору подходила мощеная булыжником дорога, по которой личный автомобиль деда заезжал на участок. По хозяйству помогали садовник и няня. Сзади на участке забора не было – там был уклон в овраг, на котором выращивали картошку и другие овощи. Вокруг дома были посажены обычные елки и голубые ели, березы, а близнецами – клен. До 1962 в доме проживала моя бабушка, Будасси Наталья Николаевна, и гостили его внуки, а в конце 1960-х дом был снесен под новое строительство, но часть посаженных на участке деревьев сохранились до сих пор»[2].

Семья Будасси вместе со знакомыми на крыльце своего дома в Химках. Из архива потомков Будасси.
Семья Будасси вместе со знакомыми на крыльце своего дома в Химках. Из архива потомков Будасси.

Будасси появился на Глубокой выемке спустя год с начала ее строительства. За прошедший год неимоверно тяжелым ручным трудом заключенных Дмитлага было вынуто только 2 миллиона кубометров грунта из планируемых 10 миллионов. Дальше вручную рыть было уже невозможно: изможденные заключенные-каналоармейцы вымирали с катастрофической скоростью, а оставшиеся в живых были не в силах вырыть котлован для будущего канала. Стройка задыхалась без экскаваторов, каждый из которых смог бы заменить 350 заключенных-землекопов.

Организация работ на строительстве Глубокой была отвратительной. Начальник строительства канала Москва-Волга Л.И. Коган 17 июня 1933 г. посетил земляные работы Лихачёвского и Котовского участков и на следующий день разразился 4-страничным приказом с перечислением грубых недочетов. Не хватало элементарных орудий труда – кирок и лопат. А имеющиеся в наличии были неподготовлены для работы. Расстановка землекопов вызывала заторы при вывозе земли, грабари простаивали, не было даже питьевой воды. «Разве нельзя кипятить воду ночью и доставлять ее ночью, чтобы утром она уже была остывшей? Разве нельзя увеличить число бочек и баков, чтобы рабочий не нуждался в глотке воды?»[3] – возмущался начальник строительства.

Разгребать весь этот беспорядок, а также придумывать и налаживать новые методы строительства пришлось только что появившемуся на канале Будасси.

К этому времени Ковровский экскаваторный завод подчинения НКВД смог перепрофилироваться с ремонта иностранных экскаваторов на выпуск собственных. В августе 1933 г. на Глубокую выемку поступили первые три отечественных экскаватора. Так начался второй, механизированный этап работ на Глубокой[4].

Помимо того, что грунт из будущего канала нужно было вынуть из котлована, его требовалось вывезти на безопасное расстояние. Сваливать его по краям берегов канала было опасно: неустойчивые, пронизанные насыщенными водой песками, плывунами склоны могли не выдержать дополнительной нагрузки и обрушиться, засыпав будущее русло. Поэтому были организованы свалки для грунта – Южная, в районе Химок и Левобережной, и Северная, в болотистой долине реки Клязьмы в треугольнике между деревнями Ивакино, Яковлево и Павельцево, принявшая бо́льшую часть грунта из Глубокой выемки.

Огромные объемы было возможно вывезти только по железнодорожным путям, причем полной колеи, не узкоколейкам. С большой вероятностью заслуга планирования железнодорожной системы вывоза грунта с петлей для разгрузки на Северной свалке в немалой степени принадлежит Будасси, имевшему и образование инженера-путейца, и большой опыт в строительстве железных дорог.

План железнодорожного кольца на 3-м участке Глубокой выемки, 1935 год.
План железнодорожного кольца на 3-м участке Глубокой выемки, 1935 год.

Летом 1934 г. встала серьезная задача темпов разгрузки вагонов. Интервал вывоза груженых составов из Глубокой выемки сократился до 5 минут[5]. Соответственно, разгрузка составов должна была производиться с такой же скоростью.

Будасси предложил разгружать вагоны нетрадиционным способом – напором воды[6]. Гидромониторы, или иными словами «водяные пушки», довольно широко применялись для размытия грунта в карьерах и на строительстве канала Москва-Волга, и еще на строительстве Днепрогэса[7]. Будасси же предложил гидромониторами смывать грунт с платформ. Смытая пульпа, то есть смесь грунта с водой, попадала в желоба, которые отводили пульпу в отвалы.

Гидромониторная установка Глубокой выемки. Ок. 1934 года
Гидромониторная установка Глубокой выемки. Ок. 1934 года

Для этого на берегу реки Клязьмы между деревнями Яковлево и Ивакино была построена гидроустановка, выкачивавшая воду из реки и под давлением направлявшая ее на платформы с землей. Разгрузка одного вагона стала составлять в среднем 4-5 минут, что сильно сократило время разгрузки, а также сохранило здоровье и жизнь многим заключенным. Применение гидросмыва снизило стоимость разгрузочных работ на 44%, при этом производительность труда возросла в 2,5 раза[8].

Сооружение гидросмыва оказалось очень хлопотным делом, Будасси вынужден был обращаться напрямую к самому Генриху Ягоде для получения дефицитных насосов[9]. Упорство Будасси помогло реализовать гидросмыв, а местные жители еще долгое время эти места называли попроще: «Смыв».

Г.Д. Афанасьев и А.В.Будасси около установки гидросмыва в Ивакино. Аз архива потомков Г.Д. Афанасьева.
Г.Д. Афанасьев и А.В.Будасси около установки гидросмыва в Ивакино. Аз архива потомков Г.Д. Афанасьева.

Руководство строительства высоко оценило рационализацию Будасси и приказом по Строительству №130 от 27 октября 1934 г. «начальнику работ Хлебниковского района Будасси за инициативу и осуществление гидравлического способа разгрузки грунта с железнодорожных платформ» была выдана денежная премия в размере 1000 рублей[10].

"Глубокая готова!"
«Глубокая готова!»

Н.А. Филимонов встретился с Будасси на строительстве канала Москва Волга и красочно описал рабочие будни строительства:

«На этом канале А.В. Будасси был назначен начальником работ большого строительного района и закрепил широкую известность прекрасного организатора массовых земляных работ.

У Будасси на выемке “Глубокой” канала Москва – Волга было огромное хозяйство – работало более 31 экскаваторов, 50 железнодорожных составов, 1200 платформ кружились по путям в забоях и на кольцевой свалке с сотней железнодорожных стрелок.

Работы на Глубокой выемке
Работы на Глубокой выемке

Мы, инженеры со Свирьстроя, приехавшие знакомиться с каналом, встретили Будасси в начале северной горловины выемки, недалеко от центрального диспетчерского поста. Вместе поднялись на балкон здания. Оттуда были хорошо видны выемка, пути, частично и свалка, куда отвозился вынутый грунт.

– Почему до сих пор не закончили погрузку? – кричал в трубку диспетчер. – Копаетесь, как жуки… – Оглянувшись на входящих гостей, он немного сбавил тон: – Бросьте басни рассказывать, немедленно кончайте погрузку!

Диспетчер с шумом бросил трубку, ему было явно не до нас. Надо было неотрывно следить за работой, сразу реагировать на задержки и неполадки, происходившие на многокилометровом конвейере, где непрерывно двигались груженые и порожняковые составы.

Диспетчер продолжал кричать в телефонную трубку, а мы с интересом осматривали огромную выемку. Внизу под нами стучали платформы, гудели паровозы, то втягивая через горловину порожняк, то выводя из выемки составы, нагруженные рыхлой землей.

– Весело вертится карусель! – говорил нам Будасси, по-хозяйски осматривая выемку. – Любо-дорого смотреть! Перестала наконец «Глубокая» быть узким местом. Но донимают еще нас плывуны – попадет на них экскаватор и завязнет на метр, а то, бывало, и на два. Тогда весь план вверх тормашками… А что тут делалось в апреле? Невообразимо! Топь до пупа земли, на свалке что ни день – огромные оползни!.. Кстати, вы были там?

– Были, подробно интересовались. Можно сказать, у вас вообще образцовое хозяйство!

– Транспорт заедает… Вот что я вам, голу́бы мои, скажу. Надо бы работать на больших выемках без транспорта. Думаю об этом, говорил Будасси.

Решительный, энергичный, высокого роста, он все еще держался прямо, не сутулясь. Его большие черные глаза сверкали. Было видно, что он очень заинтересован мыслями о новом способе земляных разработок»[11].

15 сентября 1935 г. сооружение Глубокой выемки было завершено[12]. А днем раньше, 14 сентября, приказом №313 по Строительству Будасси и другим работникам была объявлена благодарность «за успешное и своевременное выполнение большой и ответственной работы по гражданскому строительству»[13].

4 ноября 1935 г. в Хлебниковском районе было завершено строительство уникального железнодорожного моста Октябрьской железной дороги. Мост построили с большим запасом функциональности и прочности. Строительство велось ударными темпами, и чуть менее чем за год мост был выстроен и успешно прошел испытания. «В семейном альбоме сохранились фотографии, на которых изображено открытие движения по железнодорожному мосту через канал имени Москвы в Химках, и соответствующие записи. Этот мост строил и мой дед – инженер-конструктор А.В. Будасси»[14], – вспоминает внучка строителя.

Испытания железнобетонного четырёхпутного моста через канал у ст.Химки. Ноябрь 1934 года
Испытания железнобетонного четырёхпутного моста через канал у ст.Химки. Ноябрь 1934 года

Только несколько лет назад возможности Химкинского железнодорожного моста были использованы полностью – поезда Октябрьского направления пошли по всем четырем проложенным путям.

Но на этом работа в Хлебниковском районе строительства не завершилась. Приказом №129 от 22 марта 1936 г. на начальника Хлебниковского района Афанасьева и начальника работ Будасси была возложена постройка и эксплуатация камнеобрабатывающего завода в Хлебниковском районе[15]. Первоначально завод должен был удовлетворить потребности в отделочных материалах строительства канала Москва-Волга. Для архитектурного оформления сооружений канала требовалось около 25 000 м2 гранита, мрамора и известняка. Благодаря труду двухсот заключенных-каналоармейцев, 15 мая 1936 года распиловочный цех гранитно-мраморного завода выдал свою первую продукцию[16]. Позже камнеобрабатывающий завод был переориентирован на выпуск продукции для строек Москвы. Таким образом, Будасси оказался у истоков создания будущего Московского камнеобрабатывающего комбината (МКК), в последствии ставшего одним из градообразующих предприятий города Долгопрудного.

Только к середине лета 1936 г. профильные для Будасси работы, связанные с железной дорогой и выемкой грунта, закончились в Хлебниковском районе. Приказом №377 от 7 июля 1936 г. Будасси был назначен начальником сооружения по переустройству Октябрьской железной дороги в Завидовском районе[17], 29 августа того же года приказом №172 по Строительству – уже заместителем начальника работ Завидовского района[18].

Спустя два месяца Будасси вернулся поближе к своему химкинскому дому. Приказом №188 он был назначен с 1 ноября 1936 г. заместителем начальника работ Сходненского района[19]. Возможно, что он опять попал «под крыло» к Афанасьеву, потому что Сходненский гидроузел был передан в Хлебниковский район строительства, то есть под руководство Афанасьева, еще 30 августа 1935 г.

Стройка заканчивалась и наступало время получать по заслугам.

Приказом №16 по Строительству канала Москва-Волга от 4 февраля 1937 г. Будасси А.В., бывший начальник работ Хлебниковского района, в числе особо отличившихся работников районов по гидромеханизации награжден денежной премией в размере 1500 рублей[20].

А.В. Будасси с орденом Трудового Красного Знамени. Около 1937-1938 гг. Из архива потомков А.В. Будасси.
А.В. Будасси с орденом Трудового Красного Знамени. Около 1937-1938 гг. Из архива потомков А.В. Будасси.

В отличие от Беломорстроя, для строителей канала Москва-Волга руководство страны оказалось несравненно щедрее на награды. Число награжденных различными орденами строителей канала Москва-Волга составило 404 человека. За Беломорканал ордена получили только 30 человек. Постановлением ЦИК СССР от 14 июля 1937 г. «О награждении работников строительства канала Москва-Волга и заводов-поставщиков» начальник Будасси Афанасьев, в должности начальника Хлебниковского района, получил орден Ленина, а сам Будасси, в качестве заместителя начальника работ Сходненского района, награду поскромнее – орден Трудового Красного Знамени.


 

[1] Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 9489. Оп. 2. Д. 11. Л. 96.
[2] Беседа Е.А. Будасси с химкинскими краеведами С. Озерининым и С. Агеевым 8 мая 2011 г. Расшифровка аудиозаписи.
[3] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 28. Л. 11.
[4] Будасси А.В. Глубокая выемка на канале // Москваволгострой. 1935. №10. С. 11.
[5] Соболев В. 51 000 000 кубометров // Техника-молодежи. 1936. №11-12. Ноябрь-декабрь. С. 41
[6] Будасси А.В. Гидромониторная установка для смыва грунта с железнодорожных платформ // Москваволгострой. 1935. №1 (7). Январь. С. 28-32.
[7] Ковалевский А.А. Днепровская гидроэлектрическая станция. Москва-Ленинград. Государственное энергетическое издательство. 1932. С. 100.
[8] ГА РФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 36. Л. 90.
[9] Будасси А.В. Гидромониторная установка для смыва грунта с железнодорожных платформ // Москваволгострой. 1935. №1 (7). Январь. С. 28.
[10] ГА РФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 36. Л. 90.
[11] Филимонов Н.А. По новому руслу. Лениздат 1967. С. 243-244.
[12] Даты и факты // Техника-Молодежи. 1936. №11-12. С. 8.
[13] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 61. Л .292 (Архивная справка №858 от 8 июля 1976 г. ЦГАОР СССР).
[14] Соколов, Владимир. Трудился не за страх, а за совесть // Химкинские новости. 2014. 18 июля. № 33 (2180). С.8.
[15] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 78. Л. 323.
[16] Поляков В.П. Гранитно-мраморный завод // Москва-Волгострой. 1937. №179. С. 4.
[17] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 79. Л. 33.
[18] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 80. Л. 438 (Архивная справка №858 от 8 июля 1976 г. ЦГАОР СССР).
[19] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 85. Л. 373.
[20] ГАРФ. Ф. 9489. Оп. 2. Д. 111. Л. 36.

3 голоса

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here