Владельцы села Успенское-Трахонеево (XVIII-XX век)

734

2021-09-23 Очередные уточнения, одно из которых особенно важно — как Евграф Лавров связан с Траханиотовыми. Плюс добавлено интересное фото — Евлампия Гавриловна Шмелёва на фоне своего дома в Успенском-Трахонеево вместе с сыном Иваном Сереевичем и его женой Ольгой Александровной в девичестве Охтерлони. Ну и немного по мелочам. Всё новое выделено красным. Жаль, что эта версия не войдёт в сборник «Русская усадьба» № 27.

2021-04-24 Текст доработан — исправлена логика излагаемого, добавлены новые факты благодаря недавно открывшемуся online-доступу к метрическим книгам церкви Успенского-Трахонеево и к архиву газеты «Санкт-Петербургские ведомости», где хранятся сканы газеты начиная с выпусков конца XVIII века.
Возможно, что текущая редакция успеет быть опубликована в очередном сборнике «Русская усадьба».

2020-10-02 Оказалось, что это всего лишь первая версия текста. Появится вторая.

Одним из основных источников знаний о владельцах подмосковных сёл является монументальный труд братьев Василия Ивановича и Гавриила Ивановича Холмогоровых «Исторические материалы для составления церковных летописей Московской епархии». В нём собраны уникальные сведения по истории сёл и церквей. Но, несмотря на его объём и задействованные документы, это исследование всё же не даёт полной картины о переходах собственности, которые оказались весьма замысловатыми.

В 4-м выпуске под названием «Селецкая десятина» приведена история о церкви Успения Пресвятой Богородицы в селе Козодавлеве-Успенском (позже Успенское-Траханеево Московского уезда). Среди прочего есть описание владений селом Успенским с 1695 по 1823 годы, в состав земель которого входили деревни Свистуха и Ивакино:

«После Ив. Дан. Траханиотова недвижимое имение досталось в 203 (1695) г. его сыну Ивану Ив. († 1719) г. В селе Успенском в 1704 г., находились: «дв. вотчинников, дв. скотной, в нем 5 челов. и 8 дв. крестьянских. Потом селом этим владела жена умершего Ив. Ив. Траханиотова вдова Марья Григорьева, урожд. Култукова, с детьми Иваном и Авдотьею (жена князя Михаила Михаиловича Борятинского), пасынком Николаем и падчерицею Анною (жена Ивана Какошкина); в 1797 г. оно продано Петру Сергеевичу Свиньину и в 1823 г. принадлежало его дочери Настасьи Петровне Свиньиной (Вотч. Колл. мол. л. кн. 64 № дела 3, св. 13 № дела 2; переписн. кн. 9815)»[1].

Согласно сводным материалам I ревизии по Московскому уезду, проходившей в 1719-1727 годах, за гардемарином Николаем Ивановичем Траханиотовым числилось 90, а за девицей Авдотьей Ивановной Траханиотовой 32 души мужского пола[2].

По плану Генерального межевания 1766 года[3] владельцами Успенского числятся надворный советник Николай Иванович Траханиотов и гвардии Измайловского полка капитан поручик князь Николай Михайлович Борятинский (1738 – 1767)[4]. Из этих данных можно сделать вывод, что в период с проведения I ревизии по 1766 год Николай Иванович завершил военную службу. В свою очередь, Авдотья Ивановна вышла замуж за князя Михаила Михайловича Борятинского[5], родила сына Николая и, видимо, уже успела скончаться.

В результате Генерального межевания майором Яковом Сониным 15 сентября 1766 года был составлен план села Успенское-Козодавлево с деревнями Ивакино и Свистухой. В картуше указано, что общая площадь совместного чресполосного владения Траханиотова и Борятинского составляла 731 десятин 9 сажен, из которых 27 десятин значились за Успенским храмом. По текущей ревизии за Николаем Борятинским в селе Успенском числилось душ в количестве 42, в деревнях Ивакино и Свистухе 60, а за Николаем Траханиотовым – в Успенском 44 и в Ивакино 37[6].

Казалось бы, что следующим владельцем Успенского по линии Траханиотовых должен был стать сын Николая Ивановича Иван, о котором имеются довольно подробные сведения в «Сборнике биографий кавалергардов»:

«Иван Николаевич Траханиотов, 1730 – ?, сын лейтенанта морского флота Николая Ивановича, принадлежал к старинной дворянской фамилии, ведущей свое начало от греческого выходца, приехавшего в Россию в XV в. в свите Софии Палеолог. И. Н. Траханиотов начал службу в 1742 г. рейтаром в лб.-гв. Конном полку; в 1755 г. из каптенармусов этого полка Траханиотов был пожалован в поручики и гренадеры Лейб-Компании. При раскассировании ея, в 1762 г., Траханиотов был произведен в капитаны, затем в том же году он «был при восшествии на престол» Императрицы Екатерины II и 28 июня взять в кавалергарды, с зачислением сначала во Владимирский драг. полк, в 1764 г. – в С.-Петербургский караб. полк, а в 1767 г. – в Нарвский караб. полк. В 1768 г. произведен в секунд-майоры.

В августе 1768 г. Траханиотов просил уволить его «от воинской и статской службы» в отставку «за слабым его здоровьем», а 24 сентября, по докладу гр. Г. Г. Орлова, он был отставлен, с пенсией и чином премьер-майора»[7].

Но развитие истории пошло совершенно по другому пути, о чём и будет рассказано далее.

После обнаружения в коллекции Карла Карловича Тиле трёх купчих конца XVIII – начала XIX века, относящихся к семейству Свиньиных и селу Успенскому, прояснилась ситуация с переходами собственности как по линии Борятинских, так и внутри семьи Свиньиных.

Наследницей Николая Михайловича Борятинского, скончавшегося в 1767 году, стала Татьяна Мичурина, которая, в свою очередь, оставила свою часть усадьбы дочери Екатерине Ивановне Земщининовой[8].

Следующим владельцем стал коллежский асессор Семён Васильевич Земщининов, получивший эту землю в наследство от матери, вдовы, титулярной советницы Екатерины Ивановны Земщининовой, после раздела с братом, коллежским секретарём Гаврилой Васильевичем Земщининовым[9].

По 5-й ревизии у С. В. Земщининова при этой усадьбе была 51 душа мужского пола[10].

25 сентября 1801 года С. В. Земщининов продал Петру Сергеевичу Свиньину четвертую часть в селе Успенском Козодавлево тож, сельце Ивакино и деревне Свистухе[11]. Сумма сделки составила 15 тысяч рублей ассигнациями[12]. Под продажей четвёртой части владений надо понимать, что С. В. Земщининов не оставил себе три четвёртых усадьбы, а продал всё, что у него имелось: четверть площадей имения Успенского-Козодавлево от зафиксированных в Генеральном плане межевания 1766 года.

Довольно интересный срез владельцев села Успенского и прилежащих деревень дают метрические книги Успенской церкви. В книге за 1781 год село числится за лейб-гвардии Семёновского полка каптенармусом Евграфом Семёновичем Лавровым, деревня Ивакино – вотчина «генерала и ковалера Евдокима Алексеевича Щербинина», а деревня Свистуха находится в ведомстве Канцелярии конфискации[13].

Если о Лаврове имеются весьма скудные сведения, только лишь то, что он дослужился до звания штабс-капитана Семёновского полка, то Щербинин был выдающейся фигурой своего времени. Основными его заслугами считаются создание Слободской Украинской губернии с центром в Харькове, а также искусные переговоры с крымским ханом Сахиб-Гиреем, по результатам которых Крымское ханство стало независимым от Османской империи и оказалось под протекторатом Российской Империи. И ещё один интересный факт – Е.А. Щербинин является дедом героя Отечественной войны 1812 года, поэта и партизана Дениса Давыдова, сына одной из дочерей Щербинина[14].

Рис. 1. Генерал-поручик Евдоким Алексеевич Щербинин. Портрет 1770-х годов. Неизвестный художник. Холст, масло. 63,7 х 50,3 см. Государственный Эрмитаж. Имя изображенного определено Кибовским А.В. Источник: Кибовский Александр Владимирович. Первый украинский губернатор // Журнал «Дилетант». Март 2020. С.6.
Рис. 1. Генерал-поручик Евдоким Алексеевич Щербинин. Портрет 1770-х годов. Неизвестный художник. Холст, масло. 63,7 х 50,3 см. Государственный Эрмитаж. Имя изображенного определено Кибовским А.В. Источник: Кибовский Александр Владимирович. Первый украинский губернатор // Журнал «Дилетант». Март 2020. С.6.

В 1783 году Е.А. Щербинин скончался и в метрических книгах за 1784 год Ивакино стало числиться как вотчина вдовы генеральши Александры Осиповны Щербининой[15], княжны, в девичестве Барятинской[16]. Интересное совпадение фамилии.

Существует и ещё одно любопытное совпадение. В Санкт-Петербургских ведомостях за 1786 год упоминается, что во 2-й департамент Правительствующего Сената требуется  «явиться покойнаго Генерал-Поручика, Сенатора и Кавалера Евдокима Алексеевича Щербинина жене, вдове Александре Осиповой дочери», а также «морскаго флота Капитана 2го ранга Ивана Мичурина жене, вдове Татьяны Ивановой дочери» по делу «о недвижимом Костромском и других городов имении»[17]. То есть упоминаемая выше Татьяна Мичурина (теперь стало известно её отчество – Ивановна), получившая часть трахонеевских земель в наследство от  Н.М. Борятинского, имеет какое-то отношение к недвижимости, связанной с Александрой Осиповной Щербининой,  в девичестве Барятинской, владевшей соседним Ивакино.

Далее имение замысловатым путём оказалось у дочери Е.А. и А.О. Щербининых Катерины Евдокимовны, жены бригадира Петра Петровича Бибикова. К Катерине Евдокимовне оно перешло 13 марта 1792 года по просроченной закладной от жены капитана Петра Матвеевича Поливанова Авдотьи Никитичны, предъявленной 16 июня 1795 года. В свою очередь Авдотье Никитичне имение досталось по купчей генерал-поручицы Александры Осиповны Щербининой[18].

Можно предположить, что просроченная закладная связана с упоминанием в метрических книгах Успенской церкви Канцелярии конфискации, занимавшейся выморочным имуществом и имуществом должников, и речь идёт о деревне Свистуха. В изученных метрических книгах она находится в ведомости Канцелярии конфискации на протяжении нескольких лет – в 1781[19], 1784[20], 1785[21] и 1786[22] годах.

Пётр Сергеевич Свиньин выкупает и эту часть земель села Успенского, но ещё 4 июня 1797 года – уже у Катерины Евдокимовны Бибиковой. По 5-й ревизии в этом имении она владела 66 душами, но 10 она оставила себе[23], переведя в село Новопокровское, Орловка тож, Раненбургского уезда Рязанской губернии[24]. Сумма сделки составила 16 тысяч рублей[25].

Пётр Сергеевич Свиньин (1734 – 19.05.1813) – представитель старинного и богатого дворянского рода. В 1780 году ему было присвоено звание генерал-майора, 19 декабря 1796 года был назначен сенатором, являлся действительным тайным советником, кавалером множества государственных наград. Его отец, Сергей Иванович Свиньин, полковник, капитан I ранга, а затем сам Пётр Сергеевич и его потомки владели в Москве богатым красивым домом в одноимённом Свиньинском переулке (с 1929 года – Певческий).

Любопытный факт: в тот же временной период у московского жителя Петра Сергеевича Свиньина существовал полный тёзка, живший в Санкт-Петербурге, и тоже генерал-лейтенант. И даже сыновей их звали одинаково – Павлами. Петербуржский Павел Петрович (1787 – 1839) был художником и литератором, московский же Павел Петрович (1772 – 1836) – полковником[26]. Путаница с полными тёзками в двух поколениях привела к тому, что во многих источниках ошибочно указывается, что сыном московского Петра Сергеевича является издатель журнала «Отечественные записки». Кстати, внук московского, а не петербуржского (что было бы логичней) Петра Сергеевича, Пётр Павлович (1801 – 1882) стал декабристом, но о нём чуть позже.

Основное имение Петра Сергеевича находилось в селе Смоленском Переславль-Залесского уезда Владимирской губернии (ныне Ярославская область). Ещё в 1779 году Свиньин построил в Смоленском огромный дворец и три церкви. Были у него и многие другие поместья. Но именно Смоленское считалось родовым поместьем описываемой ветви Свиньиных.

Так зачем же Свиньину понадобилось Успенское с деревнями?

Дело в том, что по состоянию на 12 октября 1766 года смежным с Успенским сельцом Терехово («Терихова») общей площадью 208 десятин 282 сажен и с 19 душами совместно владели коллежский советник Александр Иванович Лопухин и покойного морского флота капитана Сергея Ивановича Свиньина жена Наталья Яковлевна с сыном, Воронежского пехотного полка подполковником Петром Сергеевичем Свиньиным[27]. Поэтому можно сделать вывод – Пётр Сергеевич расширил свои близлежащие к Москве тереховские владения, выкупив соседние смежные земли, благо средств у него было в достатке. После покупки части Успенского и присоединения к нему Терехова, Терехово стало относиться к селу Успенскому, а позже – к Ивакино-Покровскому.

Как же передавалось Успенское по линии Траханиотовых? Известно, что один из совладельцев Успенского гвардии штабс-капитан Евграф Лавров из Санкт-Петербурга умер в 1804 году[28]. Но как Успенское оказалось у Лаврова? Раскрыть эту загадку удалось благодаря исповедальной ведомости Успенской церкви за 1779 год, в которой указано, что среди прихожан был военный, надворный советник Николай Иванович Траханиотов 83 лет[29] и «у него внучета дети Лавровы»: Евграф Семёнов 20 лет, находящийся на службе, девица Елисавета Семёнова 24 лет, девица Анна Семёнова 16 лет и девица Прасковья Семёнова 9 лет[30]. Таким образом связь Евграфа Лаврова с Траханиотовыми стала очевидной. Известно, что в исповедальной ведомости от 1755 года церкви Спиридония Чудотворца за Никитскими воротам в Москве, в семье надворного советника Николая Ивановича Траханиотова (на тот момент возраста 61 год) числилась жена Стефанида Александровна 50 лет и дочь девица Анна 23 лет[31]. Из чего можно сделать вывод, что Анна Николаевна Траханиотова вышла замуж за Семёна Фёдоровича Лаврова[32] и их сын, Евграф Семёнович Лавров, стал владельцем Успенского. Почему владельцем не стал Иван Николаевич Траханиотов? Вероятно его уже не было в живых, он ведь отличался слабым здоровьем и в возрасте 38 лет уже оставил воинскую службу.

В этом месте следует разделить историю владений Успенским-Трахонеевым (или Козодавлевым) на два направления. В начале XIX века, после многочисленных покупок и наследований, ситуация с владельцами стабилизировалась – Успенским совместно и чресполосно владели представители двух семейств – московских Свиньиных и петербуржских Лавровых. В 1836 году чресполосицу ликвидировали[33] и земли Успенского распались на две части – Успенским стали владеть наследники Лаврова, Ивакино – Свиньина.

Продолжим по направлению Ивакино, которое вскоре стало селом Покровским.

В 1813 году Пётр Сергеевич Свиньин в возрасте 79 лет скончался, и имение оказалось во владении его сына Павла Петровича Свиньина по разделу от 10 марта 1798 года с родными сёстрами Елизаветой, в замужестве генерал-лейтенантшей Вырубовой, Катериной и Настасьей[34].

10 мая 1823 года статский советник и кавалер Павел Петрович Свиньин продал своей родной сестре девице Настасье Петровне имение в селе Успенское, Козодавлево тож, сельцах Ивакино и Терехово и деревне Свистуха[35].

Сумма сделки составила 55 тысяч рублей ассигнациями[36].

По состоянию 7-й ревизии за П.П. Свиньиным в этом имении числилось 120 душ мужского пола, но продал он только 107 душ. Часть крестьян П.П. Свиньин оставил за собой, переведя 13 душ мужского и 11 женского пола в другие свои имения: сельцо Беклемишево и село Смоленское Переславль-Залесского уезда Владимирской губернии, деревню Хрущево Рузского уезда Московской губернии и сельцо Сутормино Тарусского уезда Калужской губернии[37].

Помимо крестьян, их скарба, земель различного назначения и прочего недвижимого имущества, Настасья Петровна стала владеть «состоящим в сельце Ивакине Господским домом и всякою в нем мебелью, о коей дан особый реестр»[38].

27 мая 1835 года в Ивакино была освящена каменная церковь Покрова Божией Матери[39], построенная на средства Настасьи Петровны, и деревня стала селом Покровским.

Н.П. Свиньина умерла 13 апреля 1838 г. на 67 году жизни[40]. По кончине Настасьи Петровны Ивакино перешло по наследству её родной сестре, Екатерине Петровне, в замужестве Бахметевой.

2 апреля 1841 г. (по другим источникам 31 марта 1841 г.[41]) бездетная Екатерина Петровна скончалась[42], и владение поместьем Ивакино перешло к её родному племяннику, ротмистру Петру Павловичу Свиньину[43].

Бывший декабрист недолго владел Ивакино-Покровским, и уже по состоянию на 1 мая 1847 года владелицей села Ивакино указана гвардии поручица Евгения Александровна Голохватова[44].

Вскоре в Ивакино в очередной раз сменился владелец. Был обнаружен документ, в котором указывалось, что 17 февраля 1850 года князю Андрею Ивановичу Горчакову был наложен запрет на владения «в селах: Успенском дворовых крестьянина 3, Ивакине 65 и деревни Свистухе 46, а всего по 8-й ревизии 160 душ, со всею землёю и лесом к тем селениям принадлежащим и господским домом с принадлежностями, для представления к залогу по питейным с 1851 по 1855 года откупам, равно по казенным подрядам и поставкам»[45].

Также известно, что по данным 1852 года в Покровском-Ивакино князю Горчакову принадлежало 18 дворов, 116 мужских и 119 женских душ крестьянских и 5 мужских и 4 женских дворовых людей, господский каменный дом и оранжерея с садом[46].

Генерал от инфантерии, герой Отечественной войны 1812 года, племянник генералиссимуса Александра Васильевича Суворова оказался ещё и на четверть Траханиотовым. Его бабушка по отцовской линии Мария Ивановна в девичестве носила фамилию Траханиотова. Родственный круг владельцев замкнулся – траханиотовыми землями стал владеть очередной Траханиот, хотя и по женской линии.

Рис. 2. Неизвестный художник «Портрет генерал-майора князя А.И.Горчакова» 1799. Кость, акварель, гуашь 7,5х5,9. Имя изображенного определено Кибовским А.В. Источник: http://www.tri-veka.ru/catalog/chamber_portrait/miniature/2557/
Рис. 2. Неизвестный художник «Портрет генерал-майора князя А.И.Горчакова» 1799. Кость, акварель, гуашь 7,5х5,9. Имя изображенного определено Кибовским А.В. Источник: http://www.tri-veka.ru/catalog/chamber_portrait/miniature/2557/

Рис. 2. Неизвестный художник «Портрет генерал-майора князя А.И.Горчакова» 1799. Кость, акварель, гуашь 7,5х5,9. Имя изображенного определено Кибовским А.В. Источник: http://www.tri-veka.ru/catalog/chamber_portrait/miniature/2557/

Но недолго князь Андрей Иванович владел Ивакиным. В 1855 году он скончался, не оставив детей. Имение досталось по наследству племяннику, сыну родной сестры князя Аграфены Ивановны, в замужестве Хвостовой, статскому советнику графу Александру Дмитриевичу Хвостову по раздельному акту с супругой А. И. Горчакова, княгиней Варварой Аркадиевной Горчаковой, совершённому 9 декабря 1858 года[47]. Интересно наблюдать, как в метрической книге Успенской церкви ещё в феврале 1856 года[48] новорождённые крестьян Терехова и Ивакина записывались за помещиком князем Горчаковым, а с марта того же года[49] – уже за помещиком графом Хвостовым. Из чего можно сделать вывод, что Хвостов стал фактическим владельцем земель своего дяди ещё до подписания раздельного акта.

Сам Александр Дмитриевич ничем особым себя не проявил, но его отец Дмитрий Иванович Хвостов, несмотря на немалые заслуги перед государством, в памяти людей остался увековеченным в приписываемой А.С. Пушкину эпиграмме как бесталанный поэт и графоман:

Сожаленье не поможет,
Все ж мне жаль, что граф Хвостов
Удержать в себе не может
Ни урины, ни стихов.

По 10 народной переписи ревизских мужского пола душ крестьян при Покровском-Ивакино состояло 70, а при деревне Тереховой – 42[50].

А.Д. Хвостов не только владел селом Ивакино-Покровским, но и прожил в нём последние годы своей жизни до самой смерти. В метрической книге Успенского храма за 1870 год записано, что «Коммергер Двора Его Императорскаго Величества Статский Советник Граф Александр Дмитриевич Хвостов» скончался 29 сентября 1870 года в возрасте 77 лет от «воспаления в легких»[51] и был похоронен 2 октября при церкви села Ивакина, в нескольких десятках метров от своего усадебного дома.

В 1920-х – 1930-х годах произошло массовое разграбление могил вельможных покойников. Так, например, в соседнем селе Котово-Спасское была осквернена усыпальница князей Юсуповых. Остались воспоминания ивакинцев, что была сдвинута могильная плита с надписью «Граф Хвостов», а в захоронении, среди останков, нашли остатки шпаги с эфесом. Позже мраморная плита была уничтожена.

Будучи холостым и бездетным, Хвостов также не оставил прямых наследников. Косвенным образом можно предположить, что имение было раздроблено на 9 частей в пользу его дальних родственников.

Но нашёлся человек, который вернул целостность имению, в течение нескольких лет выкупая его по частям у наследников. Им стал представитель известной купеческой династии Лепёшкиных, московский купец первой гильдии, Поставщик Двора Его Императорского Величества, потомственный почётный гражданин Александр Васильевич Лепёшкин.

Известно о существовании двух сделок «собирания земель ивакинских».

Первая состоялась 12 апреля 1880 года (7 января 1881 года). Имение при селе Ивакино и деревне Териховой в размере 146 десятин 400 сажен было продано за 3500 рублей княжной Варварой Юрьевной Волконской, дочерью полковника, купцу А. В. Лепёшкину[52].

Вторая состоялась через пять лет, 9 сентября 1885 года, когда имение при селе Ивакино и деревне Териховой в размере 1/9 от 146 десятин 400 сажен, что составило 16 десятин 577,8 сажен, было продано княжной Екатериной Алексеевной Волконской за 3000 рублей А.В. Лепёшкину[53].

Видимо, карточка первой купчей была оформлена небрежно, поэтому создаётся впечатление, что Варвара Юрьевна продала все 146 десятин имения за один раз. Но вторая сделка позволяет дать более точное представление о характере первой сделки – если за 3000 рублей продана 1/9 часть имения, то за 3500 рублей могла быть продана сравнимая часть имения, тоже 1/9.

Екатерина Алексеевна Волконская была замужем за Петром Семёновичем Ржевским[54], а родным братом Петра был Сергей Семёнович Ржевский[55]. «Об его похождениях печатали в газетах, и вся Москва хохотала»[56], – писала о своём дяде в своих воспоминаниях Надежда Петровна Ржевская, дочь Е.А. Волконской и П.С. Ржевского[57], – «Сергей Семёнович отправился в маскарад. <…>  Он замаскировался печкой. В трубу просунул голову, в низу печки сделал отверстие для ног. Разделся донага и голый влез в печку, которая была картонная. Спереди был затоп, сзади отдушник. Кругом обоих закрытых пока отверстий были крупные надписи: “Не открывайте печку, в ней угар”. В маскараде держали себя очень вольно. А такая надпись поощряла всех открыть печку и в нее посмотреть. Всякий видел голые члены мужчины спереди и сзади. <…> Явилась полиция и его с триумфом вывели»[58]. Несомненно, именно Сергей Семёнович стал прототипом легендарного героя фривольных анекдотов поручика Ржевского.

В 1885 году усадьба была выкуплена полностью, и сразу вслед за последней сделкой А. В. Лепёшкин 31 октября 1885 года продаёт все 146 десятин и 400 сажен при селе Покровское, Ивакино тож, и деревне Тереховой своей жене Александре Александровне Лепёшкиной, в девичестве Крестовниковой (тоже известная купеческая фамилия) за 20500 рублей[59].

Через месяц, 30 ноября 1885 года, Александр Васильевич умер и был похоронен в Даниловом монастыре[60], а в октябре 1889 года скончалась и Александра Александровна. Немалое богатство, заработанное и накопленное родителями, включая и усадьбу в Покровском-Ивакино, оцененную в 1895 году в 80 000 рублей, по наследству перешло к их дочерям: старшей Варваре и младшей Марии, которой только что исполнилось 18 лет. Сёстры активно пользовались усадьбой, проживая там в тёплое время года. Но в самом начале XX века они продали её следующему владельцу[61]. К моменту продажи, по состоянию на 1899 год, площадь имения составляла 147,6 десятин[62].

Рис. 3. Варвара Александровна Лепёшкина (справа) с мужем, знаменитым актёром Петром Васильевичем Самойловым и его сестрой Марией Васильевной Барбаризи-Самойловой. Италия, 1900-е. Источник: В.В. Самойлов. Автобиография и воспоминания современников / авт.-сост. Е.А. Зилотина. - СПб : Издательство Санкт-Петербургского государственного музея театрального и музыкального искусства, 2013.
Рис. 3. Варвара Александровна Лепёшкина (справа) с мужем, знаменитым актёром Петром Васильевичем Самойловым и его сестрой Марией Васильевной Барбаризи-Самойловой. Италия, 1900-е. Источник: В.В. Самойлов. Автобиография и воспоминания современников / авт.-сост. Е.А. Зилотина. — СПб : Издательство Санкт-Петербургского государственного музея театрального и музыкального искусства, 2013.

Покупателем стал Георгий Карпович Рахманов, выходец из богатейшей купеческой семьи, посвятивший свою жизнь не торговле, а науке и общественной деятельности. Он был метеорологом, профессором МГУ, видным деятелем старообрядчества, издателем газет и книг, собирателем старообрядческих икон, позже безвозмездно переданных в Исторический музей[63].

Зимой 1908-1909 года старый помещичий дом с колоннами в стиле ампир сгорел. Но в 1910 году был отстроен новый, где семья Рахмановых проживала летом, нередко подолгу гостя и зимой[64]. Гостями Г. К. Рахманова часто бывали многочисленные родственники и друзья, бывал в Покровском и лауреат Нобелевской премии, выдающийся учёный Илья Ильич Мечников[65].

В смутное революционное время в целях безопасности Георгий Карпович с семьёй проживал в Покровском, но в сентябре 1918 года покинул усадьбу навсегда[66]. Она была реквизирована Советской властью, а помещичий дом долгое время использовался как детский приют, при этом в официальном названии носил фамилию последнего владельца: «Рахмановский детский дом». Обветшавшее здание сгорело в середине 1970-х годов.

Рис. 4. Георгий Карпович Рахманов. Источник: частная коллекция.
Рис. 4. Георгий Карпович Рахманов. Источник: частная коллекция.

Вернёмся к другой линии собственников, потомкам штабс-капитана Евграфа Лаврова.

После смерти штабс-капитана Лаврова его часть владений отошла вдове Варваре Матвеевне Лавровой и двум малолетним дочерям – Прасковье и Елизавете[67]. Через некоторое время Елизавета Евграфовна вышла замуж за титулярного советника Владимира Николаевича Смирнова[68]. Некоторое время в исповедальных ведомостях Успенской церкви, начиная с 1830[69] и минимум по 1842 год[70], часть крестьян деревни Свистуха числится за Владимиром Смирновым. Надо предполагать, что это всего лишь формальность, фактической владелицей крестьян должна быть Елизавета Смирнова.

По состоянию на 1 мая 1847 года в распоряжении наследников штабс-капитана находилось поместье площадью 437 десятин 9 сажен, крестьян в Успенском мужского и женского по 30 душ, а в деревне Свистуха – по 34 души[71].

В 1849 г. штабс-капитанша Варвара Матвеевна Лаврова скончалась, и её подмосковное владение перераспределились между замужней Елизаветой Евграфовной Смирновой и её родной сестрой, девицей Прасковьей Евграфовной Лавровой[72].

К 1875 году семейство Смирновых погрязло в долгах и на имение в Успенском был наложен арест. Выкупил долги Смирновых подданный испанской короны Фернандо-Антонио-Леон-Мария-Педро Герреро, Почётный Управляющий Министерства Финансов Королевы Изабеллы II Испанской[73], выступивший в качестве опекуна и от имени несовершеннолетних Диего и Консуело[74]. Кто же этот испанский верноподданный? Оказалось, что он приходится зятем Елизавете Евграфовне Смирновой, к 1875 году, по-видимому, уже скончавшейся. Дочь Елизаветы Евграфовны и Владимира Николаевича Смирновых Варвара вышла замуж за Фернандо Герреро, приняла испанское гражданство и родила для Елизаветы Евграфовны внука Диего и внучку Консуело, но к 1875 году тоже умерла[75], поэтому Фернандо Герреро выступал в роли опекуна детей покойной жены.

И надо отдать должное подданному испанской короны: он вернул Успенское своим детям. В купчей от 26 октября 1887 г. усадьба при селе Успенском-Трахонеево и деревне Свистухе площадью 325 десятин 874 сажен была продана правнуками штабс-капитана Евграфа Лаврова всего за 14700 руб.: «от Дона Диего Владимира и Доньи Консуэло Герреро московскому купцу Алексею Никитичу Егорову»[76]. Так закончилось владение растворившимися по женской линии в других фамилиях Траханиотовыми селом Успенским.

Алексей Никитич Егоров через год перепродал Успенское другому купцу, более чем вдвое взвинтив цену. 9 февраля 1888 года «имение при с-це Троханеево-Успенское тож и дер. Свистухе (4 стана)» площадью те же 325 десятин 874 сажен за 34 000 рублей перешло в собственность московского купца первой гильдии банкира Константина Викторовича Осипова[77].

Рис. 5. Константин Викторович Осипов в своём имении в Успенском. 1890-е. Из архива Генриха Фёдоровича Барта.
Рис. 5. Константин Викторович Осипов в своём имении в Успенском. 1890-е. Из архива Генриха Фёдоровича Барта.

К. В. Осипов уже летом 1888 года построил деревянный двухэтажный усадебный дом и стал активно развивать подсобное хозяйство. На 1902 год площадь имения составляла 214 десятин и состояла из двух условных частей – господской и хозяйственной. В господской части имелось два главных двухэтажных дома, обустроенных даже ватерклозетами, двухэтажный флигель и ещё четыре жилых здания. Хозяйственная часть начиналась с дома управляющего, в неё входили молочная ферма, скотный двор, конюшня, каретный сарай, птичники, мельница, кузница. Имелся большой парк прогрессивных для того времени сельскохозяйственных машин[78].

Как вы успели заметить, с 1888 по 1902 годы площадь усадьбы сократилась. Есть предположение, что К. В. Осипов продал часть своей земли, так как в справочнике за 1899 год при деревне Свистуха зафиксирован новый владелец – купчиха Шмелева Евлампия Гавриловна, со стоимостью владения по оценке для взимания земских сборов 4970 рублей[79]. В этом же справочнике указано, что Осипов при селе Успенском-Трахонеево владел 297,2 десятинами земли[80].

Евлампия Гавриловна была матерью великого русского писателя Ивана Сергеевича Шмелёва.

«… Евлампия Гавриловна купила дачу — имение в селе Трахоньево[81] на Клязьме, за 70 верст от Москвы[82], с огромным фруктовым садом, аллеями, беседкой, с прекрасными надворными постройками и домом-дачей на лето. Вся семья, дочери с детьми перебрались туда на лето. Зала, как сообщает Иван [Шмелёв – прим. автора] Ольге [Ольге Александровне Охтерлони, невесте И. Шмелёва – прим. автора], “прекрасная, нисколько не меньше Калужской [московском доме Шмелёвых – прим. О.Н. Сорокиной]” [из письма И. Шмелёва к О.А. Охтерлони, без даты; очевидно, 1893 год – прим. О.Н. Сорокиной]»[83].

Помимо того, что Иван Шмелёв провёл свои отроческие и юношеские годы в усадьбе матери в Свистухе, он ещё и венчался в Успенской церкви в Трахонеево:

«1895 год июль 14. Студент Московского Императорского Университета 2-го семестра Юридического факультета Жених Иван Сергеевич Шмелёв, православного исповедания, первым браком, 22. Невеста умершего Штабс-капитана Александра Александровича Охтерлони дочь Ольга, православного исповедания, первым браком, 20»[84].

По непроверенным сведениям Евлампия Гавриловна передала своё имение при Трахонеево своему сыну Ивану Сергеевичу. Но когда это случилось и случилось ли вообще – достоверно неизвестно.

Рис. 6. Евлампия Гавриловна Шмелёва (в центре) с невесткой Ольгой Александровной и сыном Иваном Сергеевичем на фоне своего дома в Успенском-Трахонеево. Из экспозиции Музея писателя И.С. Шмелева (Алушта).
Рис. 6. Евлампия Гавриловна Шмелёва (в центре) с невесткой Ольгой Александровной и сыном Иваном Сергеевичем на фоне своего дома в Успенском-Трахонеево. Из экспозиции Музея писателя И.С. Шмелева (Алушта).

Вернёмся к Константину Викторовичу. В августе 1904 года Банкирский дом «К. В. Осипов и К°» скоропостижно разорился[85], но каким-то чудом Осипову удалось спасти усадьбу от кредиторов, переписав её на своих детей – Надежду, Елену и Виктора.

Так семья Константина Викторовича стала последним владельцем усадьбы при Успенском. Сам К. В. Осипов проживал в Успенском до 1924 года[86].

Уже со следующего, 1925 года, главное усадебное здание стали использовать в качестве больницы, что продолжалось до октября 2011 года. В ноябре того же года главное здание бывшей усадьбы К. В. Осипова было снесено.


[1] Холмогоров В. Исторические материалы о церквах и селах XVI—XVIII ст. В 11 вып. Вып. 4. Селецкая десятина (Московского уезда) / В. Холмогоров, Г. Холмогоров. — М.: Университетская тип. М. Каткова, 1885. С.52
[2] Черников Сергей В., «Власть и собственность. Особенности мобилизации земельных владений в Московском уезде в первой половине XVIII века», Cahiers du monde russe, 2012/1 (Vol 53), p. 182.
[3] РГАДА Ф. 1354 Оп. 250 У-2с
[4] Борятинский (https://baza.vgd.ru/1/2374/20.htm)
[5] Трубецкой Н.Ю. Журнал собственный К.Н.Т. по возвращении в 1717 г. Из немецкой земли // Русская старина, 1870. – Т. 1. – Изд. 3-е. – Спб., 1875. С. 37.
[6] РГАДА Ф. 1354 Оп. 250 У-2с
[7] Панчулидзев, С. Сборник биографий кавалергардов. кн. 1 (1724-1762). Спб., 1901, С.367
[8] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 43 Л.1.
[9] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 43 Л.1.
[10] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 43 Л.1.
[11] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 43 Л.1.
[12] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 43 Л.1об.
[13] ЦГА Москвы Ф.203, Оп.745, Д.679, ЛЛ.438-441об.
[14] Кибовский Александр Владимирович. Первый украинский губернатор // Журнал «Дилетант». Март 2020. С.8-9.
[15] ЦГА Москвы Ф.203, Оп.745, Д.714, Л.137об.
[16] Объявленiи о купчихъ. Прибавленiе къ No 20 Санктперебургскихъ вѣдомостей въ пятницу Марта 11 дня, 1782 года, С.11.
[17] Объявленiи. Казенныя.  Прибавленiе къ No 79 Санктперебургскихъ вѣдомостей въ пятницу Октября 2 дня, 1786 года, С.1.
[18] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 42 Л.1.
[19] ЦГА Москвы Ф.203, Оп.745, Д.679, ЛЛ.438-441об.
[20] ЦГА Москвы Ф.203, Оп.745, Д.714, ЛЛ.137-138об.
[21] ЦГА Москвы Ф.203, Оп.745, Д.720, ЛЛ.177-178.
[22] ЦГА Москвы Ф.203, Оп.745, Д.735, ЛЛ.138-140.
[23] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 42 Л.1.
[24] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 42 Л.1об.
[25] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 42 Л.1об.
[26] Артамонов М.Д. Дом Свиньина // Московский журнал 1992 №6 С.10-11.
[27] РГАДА Ф. 1354 Оп. 250 Т-22с
[28] ЦГА Москвы Ф.203 О.640 Д.99 Л.11об.
[29] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.747 Д.498 Л.175
[30] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.747 Д.498 Л.175об
[31] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.747 Д.221 Л.311об
[32] Кох О.Б., Пархомик Н.В. «Имение это останется в роде Семевских…» (Сельцо Федорцово Великолукского уезда) // Псков. Научно-практический, историко-краеведческий журнал. №16. Псков: ПГПИ, 2002. С 75-76. (ГА Псковской области, Ф. 110, Оп. 1, Д. 888).
[33] ЦГА Москвы Ф.203 О.640 Д.99 Л.17
[34] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 44 Л.1
[35] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 44 Л.1
[36] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 44 Л.1об
[37] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 44 Л.1
[38] ОР РГБ Ф. 178 Картон 3288 ед.хр. 44 Л.1
[39] ЦГА Москвы Ф.203 О.627 Д.61 Л.14
[40] Московский некрополь / В. И. Саитов, Б. Л. Модзалевский; Авт. предисл. и изд. Вел. кн. Николай Михайлович. СПб., Т. 3 : (Р–Ө). 1908. С.81
[41] Московский некрополь / В. И. Саитов, Б. Л. Модзалевский; Авт. предисл. и изд. Вел. кн. Николай Михайлович. СПб., Т. 1 : (А-I). 1907. С.87
[42] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.627 Д.61 Л.17
[43] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.627 Д.61 Л.12об
[44] «Геометрический Специальный План Межевания Московской губернии ея уезда Села Успенскаго Троханеево тож и деревни Свистухи» от 1 мая 1847 года (копия)
[45] РГИА Ф. 577 Оп. 20 Д. 1601 ЛЛ.18-18об
[46] Нистрем К.М. Указатель селений и жителей уездов Московской губернии. — М. 1852. С.68
[47] РГИА Ф. 577 Оп. 20 Д. 1601 Л.4об
[48] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.745 Д.1987 Л.379об
[49] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.745 Д.1987 Л.380об
[50] РГИА Ф. 577 Оп. 20 Д. 1601 Л.4об
[51] ЦГА Москвы Ф.2132 Оп.1 Д.145 Л.346об-347.
[52] ЦИАМ, Ф.184, Оп.9, Д.581, Л.1707.
[53] ЦИАМ, Ф.184, Оп.9, Д.581, Л.196.
[54] Ржевская Н.П. Личные воспоминания и всё слышанное. – Тула: 2010. С.5.
[55] Ржевская Н.П. Личные воспоминания и всё слышанное. – Тула: 2010. С.6.
[56] Ржевская Н.П. Личные воспоминания и всё слышанное. – Тула: 2010. С.17.
[57] Ржевская Н.П. Личные воспоминания и всё слышанное. – Тула: 2010. С.5.
[58] Ржевская Н.П. Личные воспоминания и всё слышанное. – Тула: 2010. С.17-18
[59] ЦИАМ, Ф.184, Оп.9, Д.581, Л.184
[60] Великий Князь Николай Михайлович. Московский некрополь. Том 2 (К-П). С.-Петербург, Типография М.М.Стасюлевича, 1908. Стр.168
[61] Юхименко, Е.М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры — Москва : Изд. дом Тончу, 2013. С.264
[62] Аврорин А.В. Памятная книжка Московской губернии на 1899 год. Москва. Губернская типография, 1899. С.496
[63] Юхименко, Е.М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры — Москва : Изд. дом Тончу, 2013. С.289
[64] Юхименко, Е.М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры — Москва : Изд. дом Тончу, 2013. С.264
[65] Юхименко, Е.М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры — Москва : Изд. дом Тончу, 2013. С.276
[66] Юхименко, Е.М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры — Москва : Изд. дом Тончу, 2013. С.295-296
[67] Московское дворянство в 1812 году. – [М.] : Изд. Моск. дворянства, 1912. С.283
[68] РГАДА Ф.1354 О.250 У-4 ‘с’
[69] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.747 Д.1166 Л.482об.
[70] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.747 Д.1426 Л.713об.
[71] «Геометрический Специальный План Межевания Московской губернии ея уезда Села Успенскаго Троханеево тож и деревни Свистухи» от 1 мая 1847 года (копия)
[72] ЦГА Москвы Ф.203 О.640 Д.99 Л.11об
[73] РГИА Ф.577 Оп.20 Д.1493 Л.7
[74] РГИА Ф.1364 Оп.1 Д.2015 Л.10
[75] РГИА Ф.1364 Оп.1 Д.2015 Л.10
[76] ЦГА Москвы Ф.184 Оп.9 Д.581 Л.494
[77] ЦГА Москвы Ф.184 Оп.9 Д.581 Л.683
[78] Торгово-Промышленный Листок Объявлений №119 от 21 февраля 1902, С. 2-3
[79] Аврорин А.В. Памятная книжка Московской губернии на 1899 год. Москва. Губернская типография, 1899. С.491
[80] Аврорин А.В. Памятная книжка Московской губернии на 1899 год. Москва. Губернская типография, 1899. С.497
[81] В названии села «Трахоньево» допущена ошибка, вероятно, были перепутаны буквы «ъ» (еръ) и «ѣ» (ять). Правильное написание названия села в дореформенном варианте «Трахонѣево», что соответствует современному «Трахонеево» (прим. автора).
[82] На самом деле расстояние Трахонеево от Москвы составляет около 20 вёрст. Ошибка допущена также из-за некорректной расшифровки рукописи – цифры 2 и 7 в рукописном виде могут быть очень похожи (прим. автора).
[83] Сорокина О.С. Москвиана: Жизнь и творчество Ивана Шмелева. М.: Моск. рабочий — Скифы, 1994. – С.38
[84] ЦГА Москвы Ф.203 Оп.780 Д.2628 ЛЛ.369об-370.
[85] Банкирский дом «К.В. Осипов и К°» // Газета «Русское слово» (Москва) №217 от 6 (19) августа 1904. П.3.
[86] Кузнецов В.М. Здесь бывал Шмелев // Культурно-просветительская работа (Встреча) – 2004. — №7. – С.38.

2 голоса

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here